Ката уходит, оставив Мати и Эми одних, и заваливает их ворохом инструкций — как будто готовится не к короткому отсутствию, а к апокалипсису. Дети, напитанные криминальными сюжетами и тревожными заголовками, теперь видят опасность в каждой тени. Обычный вечер стремительно теряет привычную уютность: кусок пирога вдруг кажется подозрительным, просьба передать соль звучит как завуалированная угроза. Мати хватает швабру и скотч, пытаясь выстроить хоть какую‑то линию обороны, а Эми, вооружившись сковородкой и пылесосом, продумывает тактику защиты. В этом хаосе смешиваются смех и тревога: нелепые меры безопасности обнажают, насколько легко страх становится привычкой, а забота — ловушкой.
