Когда‑то Ло Юй и Бай Хуэй были уверены, что их любовь выдержит всё, а теперь между ними — только стопка бумаг и тягостная тишина. Развод затягивается, и словно в насмешку судьба подкидывает им историю, до боли похожую на их собственную. В параллельной драме другая семья бьётся за доступ к замороженным эмбрионам — последнему следу погибших детей. Суд превращается в поле боя, где на кону не имущество, а право хранить надежду. В стерильных коридорах клиник и душных залах заседаний герои мучительно ищут точку опоры: можно ли шагнуть вперёд, не отпустив то, что давно рассыпалось в прах? С каждым новым слушанием Ло Юй невольно возвращается к собственным болям — и постепенно начинает иначе смотреть на прощение. А спор о «праве на жизнь» всё не находит развязки, и горе родителей по‑прежнему эхом отдаётся в тишине комнаты, которая так и не стала детской.